• Погода в СВАО:
  • +7°C
  • USD: 56.08 (+ 0.23)
  • EUR: 60.85 (+ 0.06)

Анатолий Трушкин: Читайте писателей на букву Т

Известный писатель-сатирик рассказал о себе, своих встречах и шутках

Анатолий Трушкин / Фото: кадр из выступления Анатолий Трушкин / Фото: кадр из выступления

В шутку о писателе-сатирике Анатолии Трушкине говорят, что он пишет о вечном: о любви, пьянстве и воровстве. Его монологи помогли стать популярными артистам Ефиму Шифрину, Яну Арлазорову, Кларе Новиковой. А в народе его меткие фразы передаются из уст в уста. Это он написал: «Если все дороги ведут к храму, а мы идём к рынку, не станет ли рынок нашим храмом?».

Жена отказалась пускать Кашпировского в квартиру

 — Анатолий Алексеевич, вы не только писатель-сатирик, но и сценарист. Наверное, приходилось работать на киностудии имени Горького?

— Здесь по моим рассказам сняли двенадцать короткометражек и две-три истории для «Ералаша». Здесь же произошла моя встреча с психотерапевтом Анатолием Кашпировским, когда он уже вернулся из Америки. Многие наверняка помнят, как он проводил массовые сеансы психотерапии по телевидению. Мне предложили сделать с ним передачу. Честно скажу, я не без опаски согласился с ним встретиться. Жена вообще отказалась пускать Кашпировского в квартиру, и тогда на киностудии построили «домашние декорации».

— Я помню эту передачу, вы тогда рассказывали истории из своей жизни.

— Мне показалось уместным вспомнить случаи, связанные с какими-то знаками судьбы. Я ведь несколько раз был на волоске от смерти. В тот год, когда я поступил в Московский авиационно-технологический институт, Никита Сергеевич Хрущёв принял решение, что студенты должны полтора года отработать на производстве. Я устроился на завод фрезеровщиком. И однажды, когда я работал в ночную смену, в меня пульнула здоровенная металлическая болванка. Видимо, я её плохо закрепил. Болванка пропорола на мне рубашку, просто чудом не зацепив меня. В другой раз в стройотряде меня попросили помочь шабашники. И вдруг с подъёмного крана сорвалась бетонная плита. Поднялся столб пыли, люди закричали – думали, меня придавило. А когда цементный смог развеялся, я увидел, что плита — буквально в сантиметре от меня…

Кашпировский тоже тогда рассказал какие-то истории. Но они не произвели на меня особого впечатления. Он был каким-то поникшим, с потухшим взглядом. В общем, не увидел я в нём ничего демонического.

Обидел Инина и Сафронова

— Вы учились в Московском авиационно-технологическом институте. А как перешли в литературу?

— Я всегда был парнем с чувством юмора. А при МАТИ был создан студенческий театр миниатюр, где я пропадал целыми днями, и уже что-то уже начинал писать. Мне даже разрешили свободное посещение лекций. В итоге к моменту распределения я болта от гайки отличить не мог. И тут мне позвонили из редакции «Студенческого меридиана». Коллектив устраивал выездные редакции в Целинограде, Красноярске, и ему не хватало юмориста. Потом знающие люди надоумили пойти учиться в Литературный институт. Моими учителями были писатель Сергей Залыгин, драматург Виктор Розов. Довелось лет десять проработать редактором популярнейшей юмористической передачи «Кабачок 13 стульев». И после этого, наконец-то, осуществил мечту жизни — нигде не работать. Приходится временами просиживать за письменным столом по 10-15 часов. Зато — сам себе хозяин.

— У вас довольно острые шутки. Бывает, что на них обижаются?

— Конечно, надо понимать с кем и как шутить. Я вот дружу с писателем, сценаристом Аркадием Ининым, всё время бываю у него на юбилеях. Как-то решил его поздравить через газету – кажется, «Советскую культуру», написав: «Если Пушкин был наше всё, то Инин — наше везде». Он жутко обиделся. Меня спасло только то, что его жене это очень понравилось.

Когда я подружился с художником Никасом Сафроновым, он написал мой портрет и тихонько положил его в багажник моей машины. Я, естественно, позвонил, чтобы его поблагодарить: «Никас, — говорю, — ты великий художник». Он: «Да нет, да что ты…». Я продолжаю: «Нет, ты гениален». Он: «Да нет, перестань». И тут я не удержался: «Я вот сейчас смотрю на себя в зеркало и на твою картину и вижу: похож!». В ответ — тишина. Я понял, что перегнул.

Дед встречался с Лениным

— В каком-то интервью вы упомянули, что ваш дед встречался с Лениным. Как это было?

— Дед был из простых пастухов, воевал в первую мировую. В советское время со своими четырьмя классами церковно-приходской школы он был на руководящих должностях: директором фабрики, директором мукомольни. А в 1918 году деда назначили ответственным за детский дом в Болшево. Тогда там дети каждый день умирали от голода. И дед сумел это остановить. Бабушка рассказывала, что сначала он приказал: «Никого в детский дом не пускать, кроме меня и Ленина» — никто же всерьёз не думал, что Ленин там появится. Чтобы обеспечить детей едой, дед с мужиками воровал из поездов, которые шли на фронты Гражданкой войны, муку и крупы. Рассуждал он так: если его поймают — расстреляют, а если дети будут дальше умирать – всё равно расстреляют. Так и спасал детей.

Ленин появился в детдоме, когда там праздновали 1 мая: он где-то неподалеку отдыхал. Бабушка рассказывала: вошёл маленький мужичок с бородёнкой и говорит: «Ну, покажите, как тут у вас дети?». А у детей на столах и яблоки, и печенье, всё как положено на праздник. Отец рассказал, что якобы Ленин потом про деда заметку хвалебную написал в газету. Мы, правда, этой публикации не нашли. Но когда дед уходил на пенсию, Микоян ему оформил персональную пенсию.

Поехал не за той девушкой

— Скоро вы с супругой будете отмечать 50-летие супружеской жизни. А как вы познакомились?

— В студенческом театре миниатюр мне приглянулась девушка по фамилии Романова. В то время я уже был знаменитостью, вёл «Голубые огоньки», меня в профессиональный театр приглашали, плюс ко всему я был чемпионом Москвы по борьбе. И вот я услышал, что Романова поехала летом в спортивный лагерь. Решил отправиться за ней. Но когда в лагере спросил, где найти Романову, мне показали совсем другую девушку, кажется, её одногруппницу, и — тоже Романову! Она и стала через полгода моей женой. Вот такой курьёзный случай свёл наши судьбы. Супруга до сих пор вспоминает: «Ты тогда не ко мне приехал». Я в ответ: «Так нас же Бог вёл»!

— Чем занимаются ваши внуки?

— Николаю 22 года он учится на 3-м курсе в техническом университете, по старому в «Станкине». А старшей внучке Татьяне сейчас 27 лет, она окончила МГУ, факультет иностранных языков и регионоведения. Сама устроилась в какую-то немецкую фирму. Потом всё бросила, вышла замуж и пошла учиться в Английскую школу дизайна. Помню, я ей, семилетней, показал репродукции работ Никаса Сафронова, а она фыркнула: «Так-то и я могу!». Но рисовать почему-то перестала. А вот теперь снова потянулась.

— У вас есть любимое выражение?

— Всегда можно сделать лучше, чем ты можешь. Я сейчас работаю над двумя интермедиями и постоянно что-то дописываю. Хотя сначала кажется, что уже ничего ни добавить, ни убавить.

— А шутка?

— Когда меня спрашивают, кого читать, я говорю: чтобы не мучиться, читайте писателей на букву «т»: Толстой, Тургенев, Трушкин.

Система Orphus