• Погода в СВАО:
  • +22°C
  • USD: 59.66 (+ 0.00)
  • EUR: 66.68 (+ 0.00)

Гарик Сукачёв: «В семидесятых местом хиппи был Главный вход ВДНХ»

Легендарный рокер рассказал о жизни и о настоящей любви

Гарик Сукачёв: «В семидесятых местом хиппи был Главный вход ВДНХ» / Фото: ИА «Москва» Гарик Сукачёв: «В семидесятых местом хиппи был Главный вход ВДНХ» / Фото: ИА «Москва»

Гарик Сукачёв — нежнейший из всех русских рокеров, и поэтому его любят все — от домохозяек до крутых парней. С ним поют рок-звёзды и Алла Пугачёва. И он снимает в кино исключительно своих друзей. Своими мыслями о жизни и времени артист поделился с корреспондентом «ЗБ».

Нас всех вызывали в КГБ

— Гарик, недавно вы презентовали антологию группы «Бригада С» под кодовым названием «Дело №… Уровень секретности А12». Она стилизована под секретное дело КГБ. Это шутка или некое подведение итогов?

— Безусловно, это некий итог… Хотя на самом деле выпуск такой антологии-«папки» — это давняя идея, которую всё некогда было сделать.

Насчёт КГБ: нас всех периодически вызывали на какие-то беседы, но ничем ужасным это не заканчивалось. Нам интересно было жить.

— Ваш фильм «Дом Солнца», который вы мечтали снять много лет, посвящён хиппи. И его герои — реальные люди. Например, Саша Солнце был известен в семидесятых как один из ярких лидеров «системы» хиппи…

— Моё кино всё-таки художественный вымысел. Да, действительно, был такой человек, мы несколько раз с ним общались, потому что хиппи очень любили приходить на наши концерты. Обычно они проводили всё лето в крымском Казантипе, а к осени возвращались в Москву. Они собирались у Главного входа ВДНХ — это было «их место». Некоторые из моих друзей с ними там тусовались, например Александр Скляр. Иногда приходил и я. Они были очень свободные во всём: яркая одежда, яркая жизнь. Иногда их пытались разогнать, но потом оставляли в покое: среди хиппи было немало детей высокопоставленных людей.

Но это была не моя жизнь: ни к какой «хиппийской» группировке я никогда не принадлежал: у меня просто на это не было времени.

Родом из деревни

— Есть моменты в жизни, которые вам хотелось бы вернуть?

— Нет. Мне нравится жить настоящим. Я совершенно не ностальгический человек, если что и вспоминаю, то только что-то из детства.

— Какое самое сильное впечатление из вашего детства?

— Я родился в деревне под Москвой, рядом с Троицком. Потом мы переехали в Москву, но каждое лето меня привозили туда к бабушке. Рядом с нами жили девочка, которую звали Оля Малиновская, и её отец, Борис. Мать их бросила, они жили вдвоём, и отец очень любил Олю. Как-то я приехал в деревню на лето с мамой — тогда я учился в каком-то из начальных классов — и узнал, что такое смерть… Оля умерла, у неё была лейкемия. А её отец сошёл с ума. Он ходил по деревне и искал её. Иногда заходил к нам и спрашивал, не видел ли кто Олю. Это моя родина. К сожалению, там нет уже нашего деревенского кладбища, но если бы оно было, то я бы хотел, чтобы меня там похоронили.

Папа мечтал сделать из меня баяниста

— В школе вы играли на баяне. Не раз использовали образ «мужичка с гармошкой», и особенно ярким он был в клипе с Пугачёвой «Моя бабушка курит трубку». Как начали заниматься музыкой?

— Я родился в обычной семье. Мама всю жизнь проработала поваром, папа — старшим инженером на заводе «Красный Октябрь». Когда он вернулся с войны, у него был выбор: стать музыкантом или получить серьёзную профессию. И он решил стать авиационным инженером. Но всю жизнь играл на самой большой трубе в оркестре — она хранится у меня до сих пор. Он мечтал сделать из меня музыканта. Как-то я смотрел старые фотографии и вдруг понял: в садике, в школе, в пионерском лагере я всё время пою и танцую. Музыка не могла пройти мимо моей жизни.

— Помните свою первую песню? О чём она была?

— Конечно, она была про любовь, и сочинил я её лет в восемь. Посадил в кухне родителей, сыграл им. Они послушали, прослезились и… отдали меня в музыкальную школу учиться играть на баяне. Три часа в день я на нём играл, а потом услышал рок-н-ролл. Баян был заброшен, с тех пор в моей жизни была только гитара.

— А первую любовь?

— Это было в пионерском лагере. Мне было четырнадцать, и была девочка Лена, с которой я тогда даже не целовался: целовался с другими, а её боялся оскорбить. Увы, с окончанием лета всё закончилось. Но я долго её вспоминал.

По ночам сторожил детский сад

— Вашей семейной жизни можно позавидовать. С вашей супругой и музой Ольгой вы уже много лет вместе, у вас двое детей. Как вы нашли друг друга?

— Я вырос в очень дружной семье, и хотя мне казалось, что родители меня не понимают, на самом деле они много для меня сделали. Эти дружеские отношения я перенёс и в свою семью. С Олей мы встретились, когда я учился в техникуме. У нас в районе был такой парк, вернее яблоневый сад. Весной яблони цвели, потом на них появлялись яблоки, и мы очень любили проводить там время с друзьями: лазили на них, тайно курили сигареты, играли на гитарах. Оля училась в школе, и однажды она пришла туда. Мы познакомились, сразу понравились друг другу и очень быстро поженились. У нас родился сын…

— Трудно было содержать семью тогда?

— Я работал на заводе, по ночам сторожил детский сад, а в воскресенье играл на свадьбах, когда приглашали.

— Про вас говорят, что вы были первыми музыкантами в СССР, которые стали зарабатывать на корпоративах. Это правда?

— Если бы это было так, то зачем бы мы работали дворниками, сторожами и разгружали вагоны?

— Ваш сын был уже взрослым, когда у вас родилась дочь Настя. Что вы почувствовали? Говорят ведь, поздние дети — особые.

— Конечно, счастье. С её рождением всё изменилось: я стал настоящим семьянином, начал много времени проводить дома с семьёй. Когда в зрелом возрасте рождается ребёнок — это совсем другое. В юности, когда родился сын, это было для нас что-то само собой разумеющееся, а здесь всё намного трепетнее…

Дети намного свободнее нас

— Чем занимаются ваши дети сейчас?

— Сын окончил университет в Англии, потом учился в Голливуде — он сам поступил туда со второй попытки. Занимается кино. Вместе мы не работаем. Я горжусь его успехами, потому что всего он добился сам. А только что мы с дочкой были на туристической выставке у наших алтайских друзей, которые сюда приехали.

— Слышала, что ваша дочка занимается фигурным катанием. Как её успехи?

— Пока мы с этим закончили: она выступила 7 марта для друзей, и всё.

— Она поёт?

— Нет, но занимается хореографией.

— Вы ходите на её выступления?

— Бываю, но не всегда.

— Ваш сын учился за границей, вы человек из народа. Как вы считаете, чья жизнь интереснее — его или ваша?

— Да откуда же мы знаем? Каждый человек проживает свою жизнь. Я не могу нырнуть и стать вами, а вы — мной. Во многом молодые ребята и девчонки сейчас намного свободнее нас. Для них двери открыты шире, чем для нас, но это палка о двух концах: когда дверь закрыта, надо иметь огромную отвагу, чтобы её открывать, и мы через это прошли. Поэтому давайте в этом месте оставим знак вопроса…

Система Orphus